Исследуем музыкальные образовательные проекты Великобритании: проект Saffron

21.03.2019

 

В январе Параллель получила грант от отдела культуры и образования Посольства Великобритании в Москве и возможность поехать в исследовательскую поездку в рамках Года музыки Великобритания-Россия 2019. Главной целью было знакомство и партнерство со схожими инициативами, которые поддерживают женщин в музыке, а также с крупными культурными организациями, создающими инклюзивные пространства для музыкального образования.

 

Мы давно следим за разными просветительскими проектами и сообществами в сети и с основательницей одного из таких проектов нам удалось встретиться в Бристоле. Проект Саффрон (Saffron) — это и лейбл, и образование в одном флаконе, проект, целью которого является вовлечение женщин в техническую сферу музыки — продакшен, саунд-дизайн, звукорежиссуру. Мы поговорили с основательницей Лорой Льюис о том, как она управляет лейблом, как устроено образование и поддержка артистов, и о том, что нужно сделать, чтобы больше женщин чувствовали себя уверенно в технической среде.

Расскажи немного о себе, своем прошлом? Как ты пришла к созданию лейбла Saffron?

 

Изначально я вообще не из музыкальной среды. Я работала в социальной сфере с сообществами, занималась разной работой: с бездомными, с молодежью, работой в  СМИ, в музыке, часто делала творческие проекты.

 

Я всегда любила музыку. Моя семья и друзья — все вокруг всегда слушали музыку, так что музыка всегда была большой частью моей жизни. К идее проекта Саффрон я пришла, потому что я хотела понять, что больше всего объединяет людей, создает сообщества. И я поняла —  это музыка. Я думаю, это очевидно: самые разные люди могут собраться в одной комнате вокруг музыки: слушать музыку, писать музыку, танцевать. И мне кажется, что это такая терапия. Музыка многое может исцелить.

 

Я работала в благотворительном фонде в Бристоле и руководила несколькими творческими проектами - кино, музыкой, модой для молодежи. Там то все и началось. Я создала небольшой лейбл в благотворительном фонде, но его нельзя было превратить в настоящий лейбл, в бизнес. Мне хотелось расширить проект и сделать из него полноценное музыкальное сообщество. Поэтому я решила уйти на фриланс, и просто взять и открыть свой бизнес. Я не очень понимала насколько много придется работать, и что на самом деле денег на этом не заработаешь. Мне нужно было самой через это пройти. Многие меня спрашивали: «А ты знаешь, что делаешь?». Но я бываю очень решительной. Так что по сути весь проект начался с лейбла.

 

И, на твой взгляд, он уже тогда был направлен на поддержку женщин?

 

Да, так было с самого начала. Саффрон должен был быть таким.

Когда у меня был маленький лейбл в благотворительном фонде, там работало где-то 50/50 женщин и мужчин, и у нас было что-то типо учебной группы. Как-то с такой группой мы поехали в одну очень известную студию звукозаписи, в городе Бат. Там работали две-три женщины и около 14-15 парней. Я спросила женщин, пришедших со мной: «Как вы относитесь к тому, чтобы работать  в индустрии, где доминируют мужчины?», а они сказали — «О, ну нас заметят, потому что мы женщины и нас будут ценить.» А я подумала — «Нет, так не будет, так не происходит.» Я не сказала этого вслух, но эти мысли проносились у меня в голове. Я думала: «Нет, все совсем по-другому, и придется много и много работать, чтобы тебя начали уважать, чтобы тебя заметили и воспринимали на равных.»

 

Мы начали разговаривать с женщинами об их опыте. Одна из девушек рассказала, что у нее в школе были уроки ударных инструментов, и она хотела научиться играть. Во время 20 минутных сессий на переменах учителя давали 15 минут времени мальчикам и всего 5 минут девочкам. Они просто сокращали их время вдвое и давали больше парням со словами: «Ну все равно этим будут заниматься только мальчики». Слушая это, я задумалась о всех стереотипах и обобщениях, которые есть у людей в этой среде, и о том, как они влияют на наше молодое поколение и его развитие. Было немного страшно. Я поняла, что мне хочется заняться этим вопросом. Ведь я умею находить общий язык с людьми и избегать конфликтов.

 

Саффрон — это альтернативная платформа. Это позитивная среда, в которой люди могут участвовать, если им нравится, а могут не участвовать. Вот и все, мы все равно будем делать этот проект.  Я думаю именно такой подход привлек много людей к участию. У нас не было негативных реакций от людей, нас хорошо поддерживали.

Сколько людей работает в Саффрон?

 

Саффрон — это только я. Правда сейчас я жду ребенка и собираюсь уйти в декретный отпуск в марте, так что у нас есть человек, который придет помогать в этот момент.  Я руковожу организацией, но у нас есть фрилансеры и люди, которые работают на контрактной основе: преподаватели по Ableton, Logic, звукорежиссeры.

 

Откуда ты получаешь финансирование?

 

Большая часть нашего финансирования поступает от  фонда PRS. Мы их «партнеры по развитию талантов» — оказываем поддержку трем артистам в год: даем доступ к студиям, репетиционным комнатам, записываем и выпускаем их у себя на лейбле.

Мы также получаем гранты от местных фондов и некоторых действительно классных феминистских организаций.

 

Как устроена структура Саффрон?

 

Это лейбл, а еще образовательная платформа. Когда проект появился в 2015 году,  это был только лейбл. Это было моим делом. Но как я уже сказала, лейбл сам по себе не зарабатывает, и нужно было творчески подходить к вопросу того, как держаться на плаву. Поэтому мы занялись образованием, и это было  действительно ключевым для меня. Я считаю, что образование — это самый вдохновляющий опыт для любого человека. Знание — это сила, это что-то, что можно взять с собой куда угодно.

 

Лейбл — это про сообщество. Лейбл — почти маркетинговая платформа. Он позволяет продвигать музыку женщин, с которыми ты работаешь.

 

Мы проводим курсы звукорежиссуры, музыкального продюсирования в ableton и logic. В технологической сфере музыки задействованы всего 5% женщин, и это то, что действительно нужно менять. Для меня поддерживать женщин в музыке это давать необходимые знания и навыки по технической стороне. Чтобы они знали, что их музыка не обязательно должна быть спродюсирована мужчиной, что они могут сами записывать что-то, выступать и понимать как добиться звучания, которого они хотят.

 

Есть и случаи сексуального насилия, которые происходят в студийной среде, и это создает ощущение небезопасности и снижает стимул к творчеству и готовность работать в этой области. Поэтому очень важно образовывать женщин в сфере музыкальных технологий. Платформа создаёт контактную базу женщин: создателей музыки, продюсеров, с которыми мы можем в дальнейшем работать и выпускать релизы на лейбле. У нас также есть диджеи. Мы организовываем 8-недельные курсы по диджеингу.

 

Сотрудничаешь ли ты с местными школами создания музыки или студиями для проведения курсов?

 

Здесь есть колледж под названием dBs. У них здесь и университет и колледж.

Всего у них учатся 26 женщин во всем колледже. Из 150 парней это где-то 10%. Это очень маленький процент, и женщинам, которые приходят к ним учиться, нужна поддержка и помощь в создании комфортной среды, поэтому мы предложили им партнерство. Мы проводим на их площадке наши курсы и таким образом включаем женщин в их сообщество, из-за этого гораздо больше женщин записываются к ним на курсы. Это очень хорошее партнерство,  мы начали измерять количество женщин, которые после нашего курса записываются на их, и в прошлом году 15% наших студентов, продолжили обучение в dBs. Мне кажется важно оценивать какое влияние оказывают твои действия, чтобы действительно изменить ситуацию для женщин в сфере музыкальных технологий.

Проект Red Bull Normal Not Novelty, рассказывающий о женщинах в студийной среде.

 

Ты сказала, что поддерживаешь трех артистов в течение года, выпускаете их музыку на лейбле. Сколько артистов выпустилось у тебя на лейбле?

 

В этом году мы подписали 3х артисток, а всего у нас 5 релизов. Обычно помимо трех артисток, с которыми мы работаем, мы приглашаем кого-то более известного выпуститься у нас на лейбле, чтобы привлечь аудиторию к начинающим артистам. Мы много работаем с начинающими артистами.

 

Сталкиваешься ли ты с какой-либо критикой проекта?

 

На самом деле ни с какой критикой я не встретилась, хотя и ждала, что она будет. Этого просто не происходит. Но, например, на некоторые мастер-классы хотят записаться мужчины. И с этим бывает сложно работать, потому что они спрашивают, почему им нельзя записаться, им же тоже интересно получить эти навыки. Нам важно донести до них, рассказать о том, что происходит в конкретно этой образовательной среде, когда женщины  учатся среди женщин — это особенное и безопасное пространство. И когда ты видишь как это работает, ты начинаешь понимать. Это необходимая временная мера, потому, что в идеале, в будущем нам не должны быть необходимы такие пространства. Нам нужна среда, где люди могут находится вместе независимо от своего пола или опыта, но, именно для этого, сейчас пока важно иметь такие сугубо женские пространства.

 

Что-то похожее мы наблюдали во время музыкальной резиденции, которую недавно провели. У нас нет особо творческих пространств, которые были бы только для женщин, и, конечно, многие мужчины не согласны с ними, и им сложно объяснить, что образовательный процесс проходит совсем по-другому. Многие участницы сказали, что среда была не такая агрессивная и не такая конкурентная, они не боялись задавать глупые вопросы и не чувствовали себя глупее или хуже других.

Мы пытаемся сбалансировать ситуацию. Параллель — это тоже своего рода альтернативная среда, она не против чего-то, она просто создает пространство для того, чтобы кто-то мог поделиться своей музыкой или узнать что-то новое. Мы пытаемся сделать это при помощи параллельных посиделок. Они открыты для всех, но приглашенные лекторы — всегда женщины, чтобы показать разные ролевые модели. К сожалению, очень часто, даже прогрессивные мужчины не воспринимают такие проекты всерьез, думают, что это мило. Они не понимают насколько это важно.

 

Важно, чтобы люди могли видеть свои ролевые модели. Я думаю, что это важный аспект этих изменений, и того, как мы их вносим. Когда тебе комфортно зайти в какую-либо среду с мыслью «да, это нормальная среда». Даже если там будут все мужчины, ты не увидишь в этом проблему, поскольку ты постоянно видишь вокруг себя ролевые модели, ты чувствуешь, что ты включен в это пространство. Это то, что мы пытаемся делать с dBs — вдохновлять женщин включаться в это пространство, чтобы они знали, что это и их среда тоже, что когда они находятся в этом пространстве, они видят других женщин, которые учат звукорежиссуре, игровому дизайну, программированию или любой другой профессии, которая исторически была мужской.

 

У нас сейчас огромное количество женщин на курсе по диджеингу, и еще 200 человек в очереди. Мы провели 13 курсов и к нам пришли 100 женщин. Это здорово, но это и потому, что в музыкальной среде сейчас есть эти ролевые модели. Но на наш курс по звукорежиссуре же, например, сложно привлечь женщин. Мне кажется это потому, что ты почти не видишь в студийной среде женщин в этих ролях. Если идешь на концерт, то звукорежиссеры в основном мужчины. Возможно еще и страшно оказаться в студийной среде, ведь не ты не знаешь, что происходит за закрытыми дверями. Поэтому мы очень стараемся привлечь женщин на наш курс по звукорежиссуре. Продакшен находится где-то посередине, там достаточное количество людей, но все равно нужно много работать над привлечением.

А учителя тоже женщины?

 

У нас в основном женщины, но мы не хотим выбирать кого-то только из-за пола. У нас работает один парень, который преподает курс по созданию музыки, и он очень вдумчивый, очень чувствительный. У него есть все качества, необходимые для этой работы, так что было бы несправедливо взять женщину только потому, что она женщина.

 

Ты знаешь, сколько женщин преподают в dBs?

 

Не так много. Совсем недавно они наняли нашего педагога по звукорежиссуре быть техником. Но когда они ищут кого-то они в том числе спрашивают и нас о нашей базе, так что они стараются активнее привлекать больше женщин.

 

У нас довольно похожая ситуация в России. Возможностей стало больше: интернет сделал доступным получение любых навыков онлайн, у  открываются школы создания музыки, и это очень круто. Но одновременно, у нас до сих пор очень маленький процент девушек, которые не просто играют на чем-то или поют, а переходят в техническую сферу и продюсирование. Может это потому что они думают, что это очень сложно, а может просто потому что они не видят, чтобы другие женщины этому обучали, нет ролевой модели. Мало кто идет в саунд-дизайн, или создание музыки к видео-играм, рекламе, и это проблема. Нам кажется важно находить эти ролевые модели  или хотя бы взращивать их.

 

Думаю, что с точки зрения уверенности девушкам тяжело. Я помню, что лет до 13, я была очень уверенной: я интересовалась, задавалась вопросами, а потом что-то просто происходит — наверное,  взросление, ты возвращаешься в школу, а все мальчики резко выросли, тогда что-то меняется и уровень уверенности в своих способностях падает. Важно ловить этот переходный момент и заинтересовывать девушек  диджеингом или показывать разные ролевые модели в технической сфере.

 

Может это также возраст, когда учителя в школе начинают насаждать роли ученикам.

 

Да, то,  как они себе представляют, кто чем должен заниматься.

 

Например игрой на барабанах. Не так много женщин-барабанщиц или перкуссонисток или духовиков.

 

В этом есть доля правды — девочки играют на чем-то более деликатном, например, на флейте или скрипке, а мальчики играют на барабанах или больших духовых инструментах, на которых можно целиком себя выразить, разозлиться. Важно ломать все эти препятствия как можно раньше.

 

Какие следующие шаги твоего проекта?

 

Следующий этап — расширить проект географически. Сейчас люди приезжают даже из Лондона, чтобы учиться на наших  курсах, поэтому возможность предоставлять такую же поддержку в других городах для меня важна. Еще хочется иметь свои собственные студии, где можно проводить все наши образовательные мероприятия, и где все артисты будут под одной крышей. Тогда наши студенты смогут стать нашими артистами и записываться  у нас. Мне кажется это органично. И просто здорово было бы иметь такое пространство, где каждый чувствует себя включенным в общее дело.

 

Ты следишь за другими подобными проектами, взаимодействуешь с ними или делишься опытом?

 

Да. Red Bull придумали проект normal not Novelty, и мы работаем в сотрудничестве с ними довольно много. Еще, конечно, платформа Shesaid.so.

В Бристоле есть несколько местных проектов, таких как Sisterworks, Rhythmsister и другие. Мне нравится сотрудничать и я не чувствую, что здесь есть какая-то конкуренция. В конце концов речь идет о женщинах, которых мы поддерживаем и количестве поддержки, которое им необходимо.

 

 

 

Поделиться в Facebook
Поделиться в Twitter
Please reload

Читайте также:

Параллель 3 года

30.10.2019

SKYE x KAROLINA BNV

26.10.2019

1/15
Please reload